ПЕРЕРАБОТКА МЯСА И ПТИЦЫ

АВТОМАТИЗАЦИЯ ПРОИЗВОДСТВА

ЛОГИКА ВНЕДРЕНИЯ

«Многие российские предприятия уже всерьез задумываются о переходе на европейскую систему внутреннего контроля сырья»
Алексей Поваляев, генеральный директор ООО «ИСИТ»

— Алексей Николаевич, за последнее время вам удалось реализовать немало интересных проектов на базе собственных решений MES* и WMS**. Перед нашей встречей я зашел на сайт «ИСИТ» и обнаружил референсный лист двух десятков ведущих предприятий мясной отрасли, где работают ваши IT-продукты. В чем секрет растущего интереса к этим программным продуктам и каковы их основные преимущества?

* Система управления производственными процессами
** Система управления складом

— Мы поставляем программное обеспечение, которое не только обеспечивает учет материалопотоков на мясоперерабатывающем производстве, но также управляет абсолютно всем имеющимся на данном предприятии оборудованием. Более того, даже если изначально ставится задача обеспечить полуавтоматический учет с ручным вводом данных, то в программном продукте обязательно предусматривается возможность в перспективе легко и безболезненно перейти на полностью автоматические учетные процессы без изменения программного обеспечения. Это заложено в системе на уровне идеологии. Причем такая особенность, она же — преимущество наших продуктов, — находит отражение в договорах, которые мы заключаем с заказчиками. Однако для меня абсолютно очевиден тот факт, что любой ручной ввод информации не имеет перспектив. У нас был опыт внедрения: мы осуществляли автоматизацию учета специй на мясоперерабатывающем предприятии. Изначально техзадани-ем предусматривался ручной ввод данных в конце рабочего дня. Что и было нами реализовано. Но в таком виде система просуществовала не более недели, потому что мастер или любой другой ответственный пользователь системы сталкивался с серьезными трудностями при вводе огромного массива необходимых данных по результатам дня. Поэтому руководством предприятия было принято решение внедрить MES-систему, которая на производственном уровне управляет учетом и процессами, осуществляет планирование сдетализацией по каждому пользователю. При этом не требуется ведения каких-либо записей, пометок в блокноте — сбор данных осуществляется автоматически походу выполнения операций. Для этого точки учета размещаются таким образом, чтобы иметь возможность наблюдать за всем производственным процессом и отслеживать выполнение заданного производственного регламента. Также наша система позволяет учитывать не только количественную информацию (например, штуки и килограммы), но и качественную, в частности температуру и влажность. То есть мы подключаем дополнительное оборудование, чтобы контролировать качество. Кстати, в нашей системе полностью учтены требования стандартов ISO по управлению качеством. Другим важным преимуществом наших программных продуктов является высокий уровень контроля над выполнением технологических операций. Например, владельцы банковских карт для осуществления операций по карте в банкомате должны выполнить последовательность определенных действий в соответствии с подсказками программного обеспечения. Банкомат не перейдет к следующему шагу, пока не будет сделан предыдущий. Точно так же с помощью нашей системы можно жестко формализовать любые производственные процессы на мясоперерабатывающем предприятии. Обмануть или обойти информационную систему нельзя, потому что последовательный и сквозной сбор данных от приемки сырья до отгрузки готовой продукции позволяет системе легко выявлять любые нестыковки в получаемых данных и выполняемых операциях.

— Насколько я знаю, вы изначально, с момента создания вашей фирмы, специализировались на программных продуктах именно для предприятий мясоперерабатывающей отрасли, а не рассматривали их как перспективный полигон для отработки пусть и современных, но не слишком адаптированных для отраслевой специфики информационных технологий...

— Да, мы сразу начали работать именно с мясоперерабатывающими предприятиями. Такой специализированный фокус приложения наших IT-решений позволил нам сосредоточиться на создании и совершенствовании действительно эффективных алгоритмов контроля за производственными процессами с учетом специфики как всей российской мясоперерабатывающей отрасли, так и отдельных ее предприятий. Очевидно, что без знания отраслевой специфики идти на российские мясоперерабатывающие предприятия бессмысленно. Это доказал отрицательный опыт внедрения ERP-систем по отрасли. Недавно нам пришлось исправлять ситуацию на одном птицеперерабатывающем предприятии, где проектавтоматизации был поначалу поручен фирме, в активе которой значился опыт внедрения MES-системы на шинном заводе... Мы тоже участвовали в тендере, но проиграли. Однако справедливость восторжествовала, и некоторое время спустя нам было предложено срочно исправлять ситуацию и внедрять наш программный продукт, что мы впоследствии успешно и сделали. Все-таки мясопереработка — это своего рода производство в производстве. Если продукты класса MRP*** (*** Material Resource Planning — планирование материальных ресурсов) позволяют на основе плана продаж спрогнозировать закупки, то в мясоперерабатывающей отрасли эти подходы уже не сработают, ведь мы имеем дело с живым сырьем, качество которого меняется от партии к партии.

— При внедрении своих решений вы подстраиваете программный продукт под особенности производственных и бизнес-процессов предприятия или, наоборот, заказчику приходится трансформировать свои процессы под модель, реализованную в вашей системе?

— Чтобы мы могли внедрить наше решение, у предприятия для начала должны быть описаны бизнес-процессы. В случае если существующая на предприятии бизнес-логика отличается оттой, что заложена в нашей системе, мы совместно адаптируем проект под нее. Простой пример: нам довелось работать с предприятием, которое отгружает продукцию в целлофановых мешках. Понятно, что привычная учетная единица в отрасли — ящик или гофрокороб. Однако для нас не стало большой проблемой переделать программу под такую специфическую тару: мешки — значит, будем идентифицировать мешки. Таким образом, мы выбрали стратегию, предусматривающую адаптацию нашей системы под специфику организации процессов у заказчиков. Очевидно, что кастомизировать программный продукт (т. е. оптимизировать его под потребности заказчика) готовы и наши западные конкуренты, но это уже другие деньги и иные сроки внедрения. К слову, кастомизация программного продукта может вдвое или втрое увеличить первоначальную смету реализации проекта. Однако суммы, которые мы озвучиваем при обсуждении проекта с заказчиками, уже учитывают проведение необходимых мероприятий по адаптации программного продукта относительно бизнес-процессов заказчика. И мы всегда стараемся уложиться в эту сумму. Это даже стало одним из стандартных условий нашего типового договора. В то же время западные фирмы заключают договор на лицензии, а все, что в ходе выполнения проекта требует дополнительных финансовых затрат, отражается в отдельных дополнениях к договору. И часто эти дополнительные расходы в несколько раз превосходят суммарную стоимость лицензий на программный продукт, что в конечном итоге выливается в огромные суммы.

— А как вы поступаете, когда обнаруживаете, что бизнес-процессы на предприятии, где вы работаете, все-таки слишком далеки от идеала? Вы докладываете об этом руководству предприятия и рекомендуете их исправить или продолжаете работать с тем, что есть?

— Эта ситуация встречается сплошь и рядом. Часто процессы не просто не оптимальны — нарушены все известные представления о логистике, когда все поставлено с ног на голову либо игнорируются базовые отраслевые требования. Однако в подобных случаях мы лишь обращаем на это внимание, но не настаиваем на исправлении отклонений. Жесткое вмешательство на ранней стадии в бизнес-процессы предприятия вообще ставит под угрозу само выполнение проекта. Для нас очевидно, что то, что мы видим на предприятии, — это лишь верхушка айсберга, а есть еще громадная подводная часть, которая скрыта от глаз посторонних, но при этом предопределяет сложившуюся логику организации производственных и бизнес-процессов. Мне приходилось неоднократно наблюдать, как представители иностранных софтверных компаний, не подозревая о присутствии этой подводной части айсберга, с порога начинали раздавать советы и щеголять своими знаниями. Есть отдельные пласты в организации бизнеса мясоперерабатывающего предприятия, которые по тем или иным причинам не предназначены для всеобщего обозрения и анализа. Поэтому когда мы начинаем работать с мясоперерабатывающим предприятием, то ориентируемся на существующие процессы и не навязываем своего видения, хотя рекомендации все-таки даем.

— С учетом успешных внедрений и постепенного осознания, что информатизация производства неизбежна, вам стало легче разговаривать с менеджментом предприятий?

— Самый легкий диалог у меня сейчас обычно происходит с владельцами предприятий. Чуть сложней общаться с производственниками, потому что они осознают, что то, о чем мы говорим, им в конечном итоге и реализовывать. Реализация IT-проекта на предприятии напоминает спортивное соревнование: для успеха всем надо выкладываться по полной. Причем за ту же зарплату. Правда, мы считаем, что сейчас надо оплачивать отдельно работу персонала предприятия по реализации проекта. Мне очень понравился опыт «Краснобора»: у них персонал мотивировался путем дополнительной оплаты выполненных операций в новой системе. В результате за мастером цеха выстраивалась очередь из желающих получить наряд на работу с внедренной системой. До этого постоянно звучали разговоры, что, мол, все это неправильно и никому не нужно. В итоге руководитель склада, вспоминая работу в пиковый период под Новый год, мне честно признался: «Вообще не представляю, как бы мы работали без вашей системы: такое количество заказов и их различных комбинаций нам еще не приходилось отрабатывать». В программе все-таки присутствует жесткая логика, которая отслеживает действия операторов и все перемещения сырья, полуфабрикатов, изделий и заказов. Без информационной системы ошибки в комплектовании заказов были бы гарантированы.

— Какие перспективные технические решения, которые вы представляете сейчас, с вашей точки зрения, наиболее актуальны для российских предприятий?

— Как я уже упоминал, специфика мясоперерабатывающей отрасли заключается в нестабильности сырья. Причем это особая тема, достойная отдельной статьи — в этом направлении есть возможность задействовать очень интересные и перспективные программно-аппаратные комплексы в составе MES-системы. И здесь у нас есть очень интересные решения. Мы сотрудничаем с датской компанией Carometec, которая поставляет оборудование для ультразвукового анализа поступающего сырья. После каждого сканирования формируется файл объемом 256 МБ с очень подробными оценочными параметрами туши. Многие российские предприятия уже всерьез задумываются о переходе на европейскую систему внутреннего контроля сырья. С учетом того, что наша страна вступила в ВТО, возросла роль инструментария для отслеживания всего массива качественных параметров на всех этапах производства готовой продукции, естественно, начиная с обстоятельного анализа поступающего сырья с сохранением данных в системе. Это, в конечном итоге, позволит предприятию значительно снизить издержки за счет лучшего контроля и максимально полной информации о цикле создания продукта, начиная с поступления сырья. Кроме того применение современных программно-аппаратных решений, которые мы предлагаем и которые нами уже были инсталлированы на ряде известных предприятий, позволят информационной системе автоматически выбирать наиболее оптимальные технологические маршруты переработки для каждой туши в зависимости от полученных при УЗИ-сканировании оценок сортности сырья. Причем здесь мы не стоим на месте и совместно с нашими клиентами стараемся разрабатывать все новые и более совершенные алгоритмы контроля и категоризации сырья в целях оптимизации технологий переработки мяса с учетом нестабильных качественных показателей сырья. Также весьма перспективной мне представляется RFID****-технология (**** Радиочастотные идентифицирующие метки), которую надо повсеместно внедрять и в итоге приходить к тому что количество персонала на производстве будет сокращаться. Уникальность этой технологии заключается в том, что она позволяет «слепо» делать учет — отпадает необходимость что-то визуально контролировать или даже использовать датчики штрих-кода. Также нет необходимости что-то менять в технологии производства — производственный процесс останется неизменным, но станет максимально прозрачным. Для этого каждая единица тары оснащается собственной RFID-меткой. Индивидуальными RFID-метками обеспечивается и производственный персонал. В результате при помощи расположенных в разных контрольных точках антенн появляется возможность получать в реальном времени информацию о передвижении сырья, изделий и персонала относительно технологического маршрута. И если рабочему предписано отвезти строго определенную тележку с сырьем к куттеру, то ему ничего не останется, кроме как в точности выполнить это предписание. Любое отклонение тут же будет зафиксировано системой и наверх будет передан сигнал об ошибке. Таким образом, появляется уникальная возможность отслеживать соблюдение технологии и соответствие временным нормативам. Причем ситуация, когда RFID-метки стоили каких-то заоблачных денег, давно осталась в прошлом. Сейчас их можно даже печатать на принтере. Также современные RFID-метки выдерживают большие температуры — до 100°С. В перспективе есть намерение реализовать в наших продуктах некоторые удачные принципы, которые заложены в операционной системе MacOS и продукции от Apple. Но это пока еще только идеи. Вообще перспективных технических решений в нашем арсенале уже очень много. Я могу с удовольствием и гордостью рассказывать как об отдельных интересных технических блоках из наших систем, так и обобщенно — о функциональном составе наших программных продуктов. Но лучше будет, если я предложу всем посетителям выставки IFFA-2013, кому интересны современные производственные программно-аппаратные системы, посетить наш стенд F28, зал 9.1, где я с готовностью отвечу на все интересующие вопросы о наших продуктах и перспективных решениях.

— Спасибо за интервью.

Беседу вел Евгений Дряхлов

Москва, ул. Верейская, д. 29-А, офис 45 телефон +7(495) 221 59 10 факс +7(495) 221 59 10
www.i-tech.rupovalyaev.alexei@i-tech.ruinfo@i-tech.ru